КАК ПРАВИЛЬНО ИСПОВЕДОВАТЬСЯ

 

   Многие из нас готовясь к таинству исповеди озадачиваются вопросом как правильно исповедоваться? Сразу скажу, что исповедоваться по каким-то правилам и шаблонам и будет совершенно неправильно. Исповедь, как разговор с Богом, не строится по шаблону, а идёт от души.

   Но таинству предшествует подготовка, которая и завершается самой исповедью в храме. Духовно-опытные отцы различают 4 ступени, составляющие это таинство – замечание самого греха, раскаяние, покаяние и собственно само исповедание.

   Совесть наша подсказывает нам, что тот или иной поступок добродетелен или греховен и  здесь необходима и строгость к себе и честность перед собой. Каждый грех – это падение, а первая ступень восстания – раскаяние. Раскаятся означает осознать стыд греха так чтобы он стал мерзок самому себе. Хочешь очиститься от греха? Признай его и скажи его. «Для этого не нужны ни труд, ни многословие, ни денежная издержка, ни что другое подобное: произнеси слово, откройся в грехе, и скажи: я согрешил»,  - наставляет св. Иоанн Златоуст.

   Обличителем здесь будет не только совесть наша, но сам Бог. Вот первый грех совершенный на земле – братоубийство Каином Авеля. Тогда Господь сказал Каину: «Голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли» (Быт. 4; 9-10). И после этого наложил на него наказание, как считает св. Иоанн Златоуст, «не столько за убийство, сколько за бесстыдство», ибо Бог ненавидит не согрешающего, а не признающегося во грехе своем.

   А вот второй шаг покаяние – это исправление содеянного, исправление молитвой, делом, настроением духа.

  Весь этот духовный и нравственный труд венчается исповедью. Напомню вам, что словом исповедь называется свидетельство чего перед другими. Мы исповедаем не только грехи, исповедаем-свидетельствуем нашу веру, когда к примеру идём в храм или просто отвечаем кому либо: «Да я верую». И своё покаяние исповедуем Господу Богу при свидетельстве священника. Но не только.

Добродетелью покаянного подвига является исповедь греха и своего греховного состояния и перед Богом, и перед собой и перед  людьми.

   «Признавайтесь друг пред другом в проступках» (Иак. 5;16).

И не только исповедоваться перед другим, но и отпускать ему грехи, прощать каждый может и должен.

«Если согрешит против тебя брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему» (Лук. 17; 3) поучает нас Священное Писание, а блаж. Феофилакт поясняет, что «не то только бывает разрешаемо, что разрешают священники; но и то будет или связано или разрешено, что мы, быв обижены, или связываем или разрешаем». 

   Это же имеет в виду и преп. авва Дорофей, говоря, что «Бог дал нам власть, если хотим, прощать друг другу согрешения, между нами случающиеся».

   Не только прощать-отпускать грехи другим мы можем, но и  добиться очищения чужого греха (как впрочем и своего), отмолить, как писание учит, что если кто видит брата своего согрешающего грехом не к смерти, то пусть молится, и Бог даст ему жизнь (1Ин. 5;16).

    Как же мы должны исповедоваться перед собою?

  Если же грех несмертного свойства в тайне сердца, перед одним Богом, то и исповедовать такой грех следует естественно перед Ним же одним. Это следует из слов св. Феофана Затворника, когда он говорит следующее: «Что касается до непосредственного прощения, то оно бывает лишь в отношении к грехам, ненамеренно прорывающимся, – каковых больше всего в помыслах и чувствах, меньше в словах и еще меньше – или чуть заметны они – в делах. Ревнитель богоугождения, страхом Божиим проникнутый, как только заметит такой проскользнувший грех, тотчас обращается к Господу, им всегда зримому, сокрушенно кается, осуждая себя, и прощен бывает». 

   Для этого в наши вечерние молитвы и вкючена молитва покаяния.

  Еще преп. авва Дорофей, ссылаясь на авторитет предыдущих отцов, говорил так: «Отцы сказали, каким образом человек должен постепенно очищать себя: каждый вечер он должен испытывать себя, как он провел день, и опять утром, как провел ночь, и каяться пред Богом, в чем ему случилось согрешить». 

Впрочем, в деле такого ежечасного и ежеминутного исповедания нужно стараться остерегаться мнительной скрупулезности, приносящей душе скорее вред, нежели пользу. «Мы должны, — говорит преп. Варсануфий Великий, — всегда иметь такую уверенность, что согрешаем во всем — и в слове, и в деле, и в помышлении, а говорить при всяком случае: «я согрешил», не можем. Это внушают демоны, которые хотят повергнуть нас в уныние. Они же внушают нам, будто, если не говорим таким образом о каждом своем деле, то считаем себя не согрешившими». 

  Вот послушайте совет св. Игнатия Брянчанинова одному мирянину: «Не советовал бы я Вам входить в подробное и тонкое разбирательство грехов и греховных качеств Ваших. Соберите их все в один сосуд покаяния и ввергните в бездну милосердия Божия. Тонкое разбирательство грехов своих нейдет человеку, ведущему светскую жизнь: оно будет только ввергать его в уныние, недоумение, смущение». 

 И другой женщине он же говорил:«Когда метут комнату, то не занимаются рассматриванием сору, а все в кучу да и вон. Так поступай и ты. Исповедуй свои грехи духовнику, да и только, а в рассматривание их не входи. Св. Отцы очень запрещают это тем, которые не могут правильно рассматривать себя: такое рассматривание сбивает с толку, приводит в расслабление и расстройство». 

  «Не должно пускаться в тонкое разбирательство грехов, но проводить жизнь в постоянном покаянии, признавая себя грешным во всех отношениях и веруя, что милосердый Господь всякого, лишь признавшего греховность свою, приемлет в объятия Своего милосердия, в недро спасения». 

   Особенно такого правила необходимо придерживаться в отношении исповеди плотских грехов. На вопрос: должно ли, исповедуясь Богу, вспоминать и перечислять каждый совершенный грех, преп. Анастасий Синаит решительно отвечает: «Никоим образом, особенно если согрешил телом и блудом. Ибо если ты захочешь вспоминать здесь один грех за другими, то осквернишь свою душу. Вообще хорошо говорить по примеру мытаря: Боже милостив буди ми грешному». 

  К этому примешивается просто неосозноваемое нами стремление расплатиться с Богом посредством подробного перечисления всего того, что представляется как грех.

 К имевшей такое расположение женщине св. Игнатий Брянчанинов как-то обличающе заметил: «Посмотрите попристальнее! Пред исповедью между благими помыслами Вы имели помысл мелкой расчетливости, хотели на исповеди сказать все, хотели расплатиться со Христом, хотели уже не быть должными Ему! — И вышли, неся в себе неудовлетворительное чувство, а лукавый помысл, получавший к мелкой расчетливости, когда начал смущать, говоря: «Ты не все сказала на исповеди». - Поверьте. Мы говорим на исповеди, что видим в себе, но несравненно большее число грехов не видим, почему множество ведомых и неведомых грехов наших повергаем в море щедрот Христовых и после Таинства Исповеди ощущаем удовлетворяющее нас чувство спокойствия не по причине дел наших, но по причине Христовых щедрот, и пребываем Ему должными долгом неоплатным».

  А святой Иоанн Кронштадский говорил, что перечисляя подробности греха ссоры и гневливости, мы невольно переходим к осуждению брата, а не себя.

   Также и преп. Марк Подвижник наставлял: «прежние грехи, будучи воспомянуты по виду (с подробностями), повреждают благонадежного. Ибо если они возникают вновь в душе, сопровождаясь печалью, то удаляют от надежды, а если воображаются без печали, то опять влагают внутрь прежнюю скверну».

   О покаянии, следующим за раскаянием, можно сказать словами преп. Иоанна Кассиана Римлянина:

Ибо «вечное спасение, обещается не одному раскаянию», но еще и различным добродетелям, прямо противодействующим греху, а так же таинственным действиям Божественной милости.

Не всякое, совершенное нами прегрешение мы можем исправить делом, но можем искупить добродетелью. Например «нет греха, — по слову св. Иоанна Златоуста, — которого бы не могла очистить, которого бы не могла истребить милостыня».

   Единственное при этом условие, чтобы милостыня не отождествлялась с платой за грех. Иначе не избежать пагубной казуистики, пытающейся определить соответствие между весом имущества и весом грехов.

(Достаточно разработанную систему выкупа (redemptio) за грехи можно найти в латинских пенетенциалах и подготовленной ими практики индульгенций. Неоднократно даже издавались так называемые «Таксы канцелярий римской Церкви», где подробно расписывалось, за какую конкретно сумму прощался тот или иной вид греха. В них можно прочитать, например, такое: «Если двое оговорятся убить одного, получают прощение за 134 лиры 14 сольдо», или «за убийство отца или матери, или сестры следует уплатить для прощения 17 лир 14 сольдо 6 динарий», или «изувечивший клирика получает прощение за 63 лиры и 14 сольдо» и т.п. Очевидно, что не без их влияния и в практике нашей церковной жизни встречались случаи оплаты по определенному тарифу в виде милостыни за пропущенное молитвенное правило или за нарушение поста (см. послания преп. Иосифа Волоколамского о епитимиях к детям духовным).

  В конце концов, «милостыня же совершается не только деньгами, но и делами. Так, например, можно ходатайствовать, можно подать руку помощи», разделить горе с плачущими или радость с радующимися (Рим. 12;15) и т.п. И даже неучастие в жизни ближнего может быть милостивым, если выражается одним только неосуждением его греховных преткновений.

    И ещё полезно для души помнить, что Сам Господь изглаживает грехи наши скорбями, а мы по неразумию принимаем их за наказание.

   «Часто случается, писал святитель Игнатий Брянчанинов, что тайный и тяжкий грех наш остается неизвестным для человеков, остается без наказания, будучи прикрыт милосердием Божиим; в это же время, или по истечении некоторого времени, принуждены бываем пострадать сколько-нибудь, вследствие клеветы или придирчивости, как бы напрасно и невинно».

    Господь наказывает только тех, кого любит и к кому благоволит (Притч. 3;12, Отк. 3;19).

RUSSIAN ORTHODOX CHURCH OF THE HOLY VIRGIN’S PROTECTION ECUMENICAL PATRIARCHATE

41 Moore Street, South Yarra Melbourne VIC

  • Facebook Social Icon
  • Twitter Social Icon

Рекомендуем Вашему благочестивому вниманию эти сайты