Ужасающий теракт няни-исламистки в Москве


Было чувство, что однажды это случится. Потому что, по неумолимой исламистской логике, каждый раз нужно зайти еще чуть дальше. Потому что в противном случае все пообвыкнутся и перестанут обращать внимание. Во Франции Эрве Корнара (Hervé Cornara) погиб от рук своего же сотрудника. И однажды там или на какой-нибудь другой «христианской» земле подобная прискорбная участь должна была постигнуть ребенка. Произошло все в Москве: там обезглавили четырехлетнюю девочку. Причем, сделала это ее няня. Она подожгла квартиру, где осталось лежать бездыханное тело, а затем отправилась в центр в хиджабе и с головой ребенка в руках. Она кричала «Аллах акбар» и «я — террористка», грозя взорвать все вокруг.

Говорят, что женщина (уроженка мусульманского в своем большинстве Узбекистана) находилась под действием наркотиков, и что ее недавно бросил муж. Пишут, что она проходит «психиатрическое обследование». Наверное, уравновешенным человеком ее и правда не назвать… Но, быть может, завтра мы услышим, что она дошла до всего сама? Неужели этот жалкий балаган, еще может кого-то успокоить?

Даже если она приняла наркотики или же просто ненормальная, это ничего не меняет. Даже если ее и не направляла никакая организация. Смысл имеет только кровавый ритуал. Состоит ли ДАИШ из отрядов вымуштрованных солдат, яростных «свободных радикалов» или же и тех, и других одновременно — особой разницы в конечном итоге нет: его ударная сила чрезвычайно опасна.

Было чувство, что однажды это случится. И это случилось, причем наихудшим из возможных способов.

Потому что, хотя Москва и далеко, можно легко поставить себя на место этих людей. Жертвой мог стать 12-летний ребенок на велосипеде, которого зарезал бы за углом бородач-исламист. В таком случае мы могли бы сказать нашим детям, чтобы те ездили только по освещенным улицам. Или на автобусе. Остерегаться косо смотрящих на них бородачей. Но можно ли сказать четырехлетней девочке остерегаться няни? Может, любимый плюшевый мишка тоже недостоин доверия?

Символический вес этого убийства просто огромен. «Кому пары из гиперактивной богемы чаще всего доверяют своих детей и квартиры?— пишет Каролин Ибос (Caroline Ibos) в книге “Кто следит за нашими детьми?”. — Будь то Париж, Лондон или Нью-Йорк, везде вы получите один ответ: иммигрантки из бедных стран, которые оставили там собственных детей, чтобы заботиться о потомстве западной буржуазии». Эти женщины в своем большинстве — мусульманки, часто — с покрытой головой.

Террор у тебя в стране — это одно. Но у тебя дома — совершенно другое. Причем, в самом дорогом и сокровенном его месте: в детской.

«Уважаемые родители, я — няня и ношу платок, так что с того?» — писала в сентябре 2012 года одна публицистка в L’Obs.

А вот что.

Понятное дело, не все «няни в платках» — террористки, но раз принцип предосторожности у нас сродни закону, как можно не дать родителям придерживаться его в столь чувствительном для них вопросе? Подозрительность вышла на новый уровень. Причем, не только в Москве.

Габриэль Клюзель

Источник: "ИноСМИ"/"Boulevard Voltaire", Франция

«Так мне приказал Аллах»

В Москве состоялось первое заседание суда по делу о жестоком убийстве четырехлетней девочки ее няней Гюльчехрой Бобокуловой. На суде Бобокулова много улыбалась, смеялась, с готовностью отвечала на вопросы и заявила, что совершить зверское убийство «ей приказал Аллах». Тем временем СК заявил, что в деле могут появиться новые фигуранты — подстрекатели, которые толкнули няню на преступление.

На подходе к Пресненскому суду, куда в среду утром привезли 39-летнюю няню из Узбекистана Гюльчехру Бобокулову, одиноко расчищает снег дворник азиатской внешности в спецовке. Оказывается, что он в курсе дела, а Бобокулова — его землячка, тоже из Самарканда. По словам Сабира, у их семей есть общие родственники.

«Мне самому страшно, если честно, — признается Сабир. Он действительно напряжен и словно ждет подвоха. — Я бы ее казнил за то, что она сделала».

Зал суда едва вместил всех желающих посмотреть на Бобокулову вживую — помимо многочисленных журналистов пришли и обычные зрители. При этом независимо от цели, с которой они приехали в суд, все обсуждали один и тот же вопрос: зачем няня это сделала?

Впрочем, вскоре сама Бобокулова ответила на этот вопрос. Ее ввели под конвоем в зал суда — бодрую, энергичную, в синем фартуке, как у продавца продуктового магазина, с некогда крашенными темными волосами.

«Зачем вы это сделали?» — спросили ее из толпы, едва она оказалась за решеткой.

«Мне приказал Аллах», — невозмутимо ответила Бобокулова.

Поведение няни в целом было нетипичным для арестантов, которые два дня назад совершили столь тяжкое преступление. Она вела себя непринужденно и уверенно: смеялась, улыбалась собравшимся, позевывала в те моменты, когда судья что-то обсуждал с обвинением и защитой.

Впрочем, в прениях действительно не было ничего интересного: адвокат Бобокуловой был назначен следствием и явно не собирался спорить с обвинителем.

«Полностью со всем согласен», — отреагировал защитник на предложение следствия арестовать Бобокулову на два месяца.

Оживилась Бобокулова лишь тогда, когда речь зашла лично про нее. Она заявила, что планировала это преступление уже давно и что она раскаивается. Однако

на вопрос прессы о том, хочет ли она попросить прощения у родителей, Бобокулова заявила, что не собирается извиняться ни перед кем, кроме Аллаха.

Также няня рассказала, что на родине у нее остались муж и трое детей, старшему из которых 16 лет. Все они, по ее словам, живут с отцом, потому что «детей у нее отняли». Сама няня не уточнила причину, по которой у нее отняли детей, однако, возможно, это связано с наличием у Бобокуловой психического заболевания: ранее ряд СМИ со ссылкой на полицию Узбекистана рассказали, что женщина уже много лет страдает шизофренией. Однако во время суда вопрос психического заболевания обвиняемой не поднимался.

В результате суд решил арестовать Бобокулову на два месяца. На слова судьи обвиняемая фактически никак не отреагировала.

Расследование жестокого убийства тем временем продолжается: СК в среду заявил, что в деле могут появиться новые фигуранты. Речь идет о неких «подстрекателях», которые, по словам следствия, подтолкнули Бобокулову к убийству. Предположительно, речь может идти о друзьях няни по переписке — неизвестных, с которыми она общалась через соцсети незадолго до убийства, когда находилась в подавленном состоянии из-за проблем с сожителем. Не исключено, что собеседниками Бобокуловой были радикальные исламисты, поскольку, по словам друзей потерпевшей семьи,

последнее время няня якобы много интересовалась исламистскими сайтами.

Напомним, утром 29 февраля в квартире на улице Народного Ополчения произошел пожар. Потушив его, пожарные обнаружили труп четырехлетней девочки без головы. Через час около метро «Октябрьское Поле» появилась женщина в хиджабе, держащая в руках окровавленную детскую голову. На видеозаписи, снятой очевидцами, слышно, как

она кричит: «Я ненавижу демократию! Я террористка! Смотрите, я смертница!»

Женщина была задержана. Ею оказалась няня убитой девочки — 38-летняя уроженка Самаркандской области Узбекистана Гюльчехра Бобокулова. По данным «МК», Бобокулова работала няней в семье убитой девочки три года, а погибший ребенок имел особенности в развитии — с трудом мог ходить и почти не умел говорить.

Дмитрий Евстифеев, Герман Петелин,

"ГАЗЕТА.RU", 2 марта 2016 г.

Archive
Search By Tags